Категории раздела

Электронная версия [128]
Печатная версия [31]

Поиск

Статистика





Пятница, 23.06.2017, 04:40
| RSS
Главная
Публикации


Главная » Файлы » Электронная версия

Сергей Трегубов. Мыльные пузыри 3
20.01.2012, 14:30

Мыльные пузыри 3

ГЛАВА 6

                    «Ты у меня дождесси!..» - угроза, равнозначная похвале
                                (Из педогогических методов)

     Посвящать еще одну главу футболу – было бы смерти подобно. Поэтому я посвящаю эту главу человеку, который, может быть, сам того не подозревая, влюбил нас в футбол и  еще во что-то, что не позволило сделать из нас стадо баранов и  ублюдков.

Он мог приходить к нам в класс среди урока.  После обязательной процедуры  приветствия, он снимал свой потертый макинтош военного цвета, или шинель  без знаков различия, расчесывал густые брови маленькой расчесочкой, сухо кашляя, садился на свободное место. Дальше он слушал урок вместе с нами. Удивлялся квадрату гипотенузы, искал в Якутии месторождения железняка и пробовал свои навыки в английском…  И что-то писал чернильной ручкой в своем блокноте
    Этот маленький, сухой старичок был председателем родительского совета…
   Сейчас, «с высоты прожитых лет», я предполагаю, что школа его внука, была и его школой, тем, чем обделило его время.
   Он  героически боролся с неуспеваемостью,  привлекал к  закону прогульщиков и  клеймил позором и не хорошими словами лентяев и приспособленцев.
    Словом, он был в переднем окопе армии учителей.
    Он шел в штыковую на наших родителей, обуздывал допросами зарвавшихся педагогов, практически, за свои деньги, как интендант,  покупал ботинки и рубахи для  тех, кто нуждался в помощи и, как сапер  помогал собирать нам металлолом, обеспечивая классу первое место. Мы боялись и любили его одновременно.
-…Рыгорьев, ты когда человеком станешь? – сдвигая седые брови вопрошал дедуля, явно не надеясь на чудо, что свободолюбивый Гриша  ответит ему в этот же день  покаянием сына Христа.
- Абагибян, - коверкал не со злости, а по неграмотности, фамилию нашего одноклассника Дед. –  За разбитое стекло в туалете надо платить.
- Поляничко ! Если ты думаешь, что у тебя в школе все нормально, посмотри в зеркало.
     Поляничко получил свою кличку, о которых я Вас предупреждал в первых главах, из кадров культового фильма «Республика ШКИД». Его звали Купа.
Нет, он не был  потомком германского феодала, но ростом и здоровьем обладал отменным. И как все  большие, он был не злопамятен и добр. Злостью он отличался только в рамке футбольных ворот.
- Дождесси у меня! - предупреждал Дед очередную жертву, но произносил это так, что у жертвы был еще запас времени на исправление

     Наконец наступал час Икс. Он был известен за раннее и  дразнил нас с афиш. В семнадцать часов текущего дня «Кубань» встречалась с командой какого –ни будь «Металлурга» или «Металлиста».
     Поскольку уроки у нас заканчивались намного позже начала этих «исторических» встреч, то рассчитывать попасть на трибуны стадиона «Кубань» не нарушив школьную этику, нам не приходилось.
     А как, прожить не зная, что: Паша Кущ вытащил из девятки верный гол,  Колинько не забил пеналь, Саша Плошник, уже на первой минуте проверил вратаря гостей  между ног, а Чугун положил в «паутинку»  штрафной!….
Этот «коктейль» из имен и времен вы мне простите… Простить себе  и  не увидеть этого я, как и мои друзья не мог!
    И тут приходил Дед! Торжественно побрившись и благоухая «Шипром», он являлся в класс, вступал в полемику с какой-нибудь Святощик, вдалбливавшей в наши мозги основы черчения…

О синусах, и не только о них.

Я прошу прощения у тех, кто остался здесь, и попробую себе  полемизировать о качестве образования в России, пардон, в Советском Союзе!
     Чего нам только не пытались впихнуть в наши юные головы. «Это вам в жизни при…го…ди…тся!»,- уверяли нас  учителя, вдалбливая логарифмические функции,  формулы получения каучука,  слияние осей на плоскости и картину деления атомов  какого-то кислого водорода.
    Сейчас, по исходу моих пятидесяти лет, я ни сколько не стараясь обидеть моих учителей, и могу твердо сказать – спасибо, не при …го…ди…лись!... Не пригодились и основы черчения. Ведь, коню было понятно еще в шестом классе, что я гуманитарий!  И я бы с удовольствием отдал моим одноклассникам шурупившим по физике, балдеющим  от формул и  страдающим от  недостатка бензольных  колец  все часы обучения, назначенные для меня. А вот в замен, почитать  в школе настоящего Пушкина и  Гоголя, узнать больше о французских  революциях и не краснеть перед вами  количеством ошибок. Ой, как  хотелось бы….

Святощик не знала, что такое футбол. Но аргументы Деда были настолько убедительны, что здоровая часть класса получала индульгенцию на право посещения очередного урока черчения и  через пять минут мчалась в трамвае к стадиону.

      Мы быстро скупали, с помощью Деда, нужное количество десятикопеечных билетов и стремились на трибуны.
     Игра поглощала нас полностью, как медуза Горгона!
     Ах, какие сочные характеры окружали нас! В зависимости от трибун я получал великолепные зарисовки в карманы своего актерского будущего!

                                  ТОРСИДА
                          От португальского: «torsidos» - толпа

    На Южной трибуне сидел Длинный. Он приходил один,  садился на свое место строго по билету на пустом секторе, и начинал чесаться. Две минуты. без движения пальцев по длинному сухому  телу могли означать его клиническую смерть.  Движенья его были  столь легки, что со стороны могло казаться, что он выплясывает «Хабанеру». И только гол любимой команды заставлял его встать с места, снять свою соломенную шляпу, застыть на пару минут и  обращаясь в пространство   вещать; « Ага!»
    Потом мы переселились на « Восток» где в первых десяти рядах всегда сидели ветераны.  Они не пропустили ни одной игры  за добрые пятнадцать  лет.
     Они ходили на стадион вместе, но каждый сам по себе… Придя на трибуну, согнав со своих мест пришельцев, они начинали бесконечный разговор, о падении нравов в команде, о том, что Суренков давно мог бы играть в «Торпедо», а если бы Хамза не занимался ерундой,  то в паре с Деремовым и на сей день   поставили бы на место «Спартак».
     Их капроновые шляпы в дырочку, тряпичные мешочки с семечками и солидный взгляд на игру, внушал уважение.
     Приняв в перерыве положенные сто пятьдесят на грудь, мужики переходили к куражу.
 - Бей мануфактуру! – звучало с насиженных мест слово непримиримых соперников команды «Текстильщик».
- Серега, у тебя голова домиком! -  подводил итог удару мимо ворот головой любитель тонких ощущений.
- Начали неважно, а потом все хуже и хуже… - сетовала фетровая шляпа, явно требовавшая в душе оргвыводов.
    И только  незнакомая, одинокая фигура в неизменном брезентовом плаще, невзирая  на жару и снег, неподвижно сидела во втором ряду восточной, и не высказывая никаких эмоций, следила за игрой все девяносто минут. С финальным свистком, фигура снимала свой плащ, и  двигалась к выходу, бормоча себе  что-то под нос. Я бы многое отдал, что бы взглянуть в его глаза в этот миг. Но я, почему-то уверен, что, невзирая на результат душа его пела. Пела светлый гимн этому удивительному чуду с именем  футбол…
    Мы шли темной улицей, обсуждая перипетии прошедшей игры. Конечно, будь из нас кто-нибудь в основном составе, игра закончилась бы с двузначным счетом…

   Позади нашей экспедиции шел Дед!  Этот сухощавый  старичок, похожий на генералиссимуса Суворова, вел нашу мальчишескую армию домой. Он даже не осознавал, какую победу  совершило наше войско во главе с ним.
И только фраза: « …Рыгорьев, не дурачься!» выдавала в нем  высокого стратега мальчишеских душ.

    Я больше не буду говорить о футболе. Я не был и не стал  форвардом.  Я не могу похвастаться победами в официальных и товарищеских играх, но я с уверенностью могу сказать, что футбол, эта игра … это, кого надо, игра!



ЧАСТЬ 2

      Когда я задался целью перевести мои мыли и воспоминания в в буквы и строчки, я тут же поставил себе условие, ничего не писать о школе. Пусть поймут меня правильно те, кто со спазмами в горле слушают «Самоцветов», которые никак не могут « уйти со школьного двора»  и поют гимн «Учительнице первой … тра-ля ля!»…

   Ради бога! Не сочтите это за ерничанье или каприз! Просто не так уж важно научиться читать и писать. Гораздо важнее  знать, что читать и о чем писать.
   Ну, не случилось… Не помню я свою первую учительницу!.. О второй не хочу вспоминать. Это существо с маленьким окладом и большой ненавистью к предмету своей деятельности и к нам, навсегда отбило мне тягу к математике.
     Я только помню гадливое чувство стыда, когда в конце второго полугодия каждого учебного года я приносил Ей на квартиру ведро клубники с нашей дачи и Она,  охая и ахая, принимала этот дар, проклиная весь белый свет и меня в том числе, за предстоящую бессонную ночь, занятую переработкой этой сельхоз продукции. Тройку в году это мне гарантировало, но эмалированное ведро к нам в дом  никогда не возвращалось…
    Конечно были и другие…  Мягкий, как  булочка Семен Соломонович…. Среди учителей это « штучный товар» ! Половина  школьников Краснодара времен шестидесятых – семидесятых могут со мной согласиться.
             … «Вперед, вперед моя история…
                  Глава нас нова зовет.
                  В пяти шага от Красногорья,
                  Деревни Ленского, живет….»
    Он читал наизусть эти строки из забытой, абсолютно «не программной» главы «Евгения Онегина» и мороз пробегал
 по моей спине.
     Этот старенький еврей, с мягкими усиками и добрыми глазами в эту минуту был для меня олицетворением… Нет! Он был для меня учителем! Я бы многое отдал, что бы еще раз встретиться с ним.
    А о том, что буржуазия не раз проявляла свою сущность, столицей Камбоджи является Пном-Пень, черви относятся к классу беспозвоночных и в молекуле воды только два атома водорода, я всегда мог прочесть в любом учебнике. И учитель мне для этого  не требовался.
        Физика… Химия…Геометрия… Астрономия…
     Дорогие учителя!  И бывшие, и будущие! Простите меня за мою бестактность.   Вы правы!
-А кто я такой?!.
- А как  я могу?!.
-А  попробовал бы я!...
- Да знаю ли я?!..    
Все правильно!
… Но!. Поскольку разговор у нас откровенный, (от крови значит)… Ребята!.. Давайте честно!..
    Можно быть средним токарем, мелиоратором, контролером и даже  метранпажем…. Возможно… Хотя…
    Но быть средним педагогом, врачом или актером – преступно!
(Список профессий может пополняться. С.Т. )


                                                ПЕНЁК!

     «ДДТ» - давайте сразу договоримся, что Шевчук здесь отдыхает.
       Только девчонка  тех лет сразу бы все поняла.
     В дальнейшем ,юной Лауре предстояло, перебрав все возможные варианты, найти своего Петрарку по этим буквам выписанным химическим карандашом на кисти  правой руки.
 «Давай дружить с тобой!» -Так этот тезис переводил отношения влюбленных в новое качество. Как будто, не ждал я ее ежедневно в 7.15 на нашей лестничной площадке. И потом, после уроков, в окружении ее подружек не тащился за ней, переслушав все девичьи переговоры. Как будто, не встречал  ее каждый раз после художественной гимнастики на холодном, осеннем дожде и потом не выслушивал ее   откровения в адрес какой-то Ленки.  Когда ей стало скучно болеть краснухой в одиночку, я тщательно пользовался  ее носовым платком, вплоть до положительных результатов


    А на песчаном карьере, мы вместе катились с большой горы, слившись в одно целое, и барахтались в мутных волнах Кубани, задыхаясь от смеха и восторга. И ее слова : « Хочу пить!» были для меня сигналом к действию. Все, что я мог найти в этих песчаных
джунглях, это большой, нет, очень большой розовый помидор, который я захватил с собой вместе с куском хлеба…

                          МЕНЮ АБОРИГЕНА

      Крайняя часть буханки хлеба под названием «кирпичик» заранее, тщательно натирается чесноком и солью. В часть, называемою «мякушка» вливается возможная часть  подсолнечного, а по возможности накладывается масса сливочного масла. Заменой могут служить смалец, майонез, горчица,
В сочетании с природой, свежим помидором и зеленью блюдо уничтожается мгновенно.

     Мы разрывали нашими крепкими молодыми зубами этот розовый, налитый солнцем помидор и розовый сок тек по ее шее, как будто, нарочно стремясь попасть туда, куда смотреть мне было совсем не обязательно.
     Сейчас все проще! От первой sms, до прощального: « Я позвоню тебе, киска..!» дистанция минимальная.
   И так, на моей руке  синели три заветные буквы и оставалось совсем немного, обратить на них внимание моей возлюбленной.
   Перебирая в уме свои шансы на взаимность, я нашел, что мое положение совсем не безнадежно.
    Прежде всего, мы жили на одной лестничной площадке. Далее я вспомнил, что когда –то я помог ей донести домой три килограмма картошки. Последним аргументом в мою пользу служили мои познания в английском. Ибо, никто иной, как я сделал два перевода, в  которых нуждалась моя фея.
  Аргументами против, служила разница в росте, сантиметров на десять, мои конопушки, которыми щедро надарила меня природа, и то, что моя избранница  была старше меня на два года. Пожалуй, и все.
    Дело было за малым. Она должна увидеть эти буквы.. Все остальное  было не существенным.
   И тут меня осенило! В ящике письменного стола лежали старенькие часы моего отца. Название их я не помню. Свой срок они уже отслужили и около пяти лет показывали одно и тоже время, что –то близкое  к десяти.  
     Заветный циферблат и яркие стрелки с фосфорным покрытием , светящимися в темноте , перевернутые  на тыльную сторону запястья  освещали мне  дорогу в рай. Даже ночью мои заветные буквы на руке полыхали  зеленым блеском, предавая им особый шарм.  Следует сказать, что моя Фея это время проводила в пионерлагере. В душе я ненавидел этот порочный поселок с названием Кабардинка, но тщательно отсчитывал дни, до конца смены этого вертепа, который я увидел потом,  лет двадцать после прошедших событий.
    Весь день прибытия Феи я провел как на иголках. Разместил свой наблюдательный пункт на балконе и тщательно всматривался в даль, надеясь первым увидеть ее возвращение. Раз пять я выносил мусорное ведро. Моя сестра терялась в догадках. Я готов был каждые пятнадцать минут бегать за хлебом, вермишелью и лавровым листом, только бы … Ну, вы поняли!
     Я услышал ее голос на лестничной площадке. Она что-то возбужденно говорила, но я этого не слышал. Я слышал голос труб, звучащих в моей душе. Я слышал…. Словом, чего я только не слышал. Открыть дверь и нелепо поздороваться, я счел не разумным. Промаявшись в квартире еще два часа, я решил, что не стоит ей первой появляться пред моими очами, и вышел во двор.
    Этому предшествовала целая церемония.

                         WRAGLER
      Джинсы. Молодой человек эпохи развитого социализма, не имеющего этого обязательного атрибута костюма, мог считать  свою жизнь бесцельно прожитой.
      Джинсы, это мечта, это надежда, это мечта надежд
      Джинсы, это уверенность в себе и легкий взгляд сверху
     Джинсы, это пропуск в другой мир,
     Джинсы, это если хотите, это  мировоззрение.
Имеющий  их мог легко и свободно перемещаться в пространстве, только потому, что у него на заднице имелся кожаный лоскуток, доказывающий состоятельность его тела. Даже флюорография проигрывала этот неравный бой.

    Джинсы у  меня были. Негры на плантациях сахарного тростника вкалывали намного меньше, чем я в сезон сбора клубники на нашей фамильной фазенде, почему-то называемой «Дача». После семейных ссор и скандалов в наследство от этих шести соток плодородной кубанской земли мне достались джинсы «Lee Cooper»
Ходить в них было трудно, иногда казалось, что они сшиты из фанеры. И концу дня я с растертыми в кровь гениталиями с трудом  добирался до постели, но расстаться с джинсами было, все равно, что комсомольцу двадцатых с буденовкой.
 За джинсы я был спокоен. Но рубашки никуда не годились. Выручил дружественный Китай.  И в то время  текстильная продукция наших друзей с Востока носила массовый характер. В отличие от сегодняшних времен вещи были очень качественными. И даже прослужив десяток лет, они не теряли форму и цвет.
Моя матушка научилась давать вещам вторую жизнь. Она обрезала потертый воротничок, сокращала вытертые рукава до уровня летней рубашки да еще умудрялась перешить торговую метку с красочным драконом на видное место. Получалось славно.
    
     Похрустывая  Ли Купером я  появился в беседке, как ясно солнышко. Парировав пару привычных подколов, я уселся, как и остальные, на перилах ограды. Феи еще не было. Фосфором горели стрелки на часах. Огнем горели мои щеки.
     Наконец я услышал ее шаги. Так могла идти только она. Легкая, словно воздушная, загоревшая, как мулатка с какого-то далекого острова, она влетела в беседку, принеся с собой запах моря, свежий ветер и еще, чего-то  такого, что сразу и определить невозможно. Я вскочил с ограды  и … наши глаза встретились. Я уже не смотрел на нее с низу в верх. Я вырос.
- А я искала тебя. – как-то легко прервала она затянувшуюся паузу.
- Наверное. – зачем-то ляпнул я.
- Слушай,  поклянись, что выполнишь то, что я прошу! – голос ее дрожал.
- Наверное – опять ляпнул я и уперся взглядом туда, куда смотреть, наверное, не следовало. Надо сказать, что лето пошло ей на пользу.
     Затем она стала что-то быстро и горячо говорить. Что именно, я не понимал, но все сводилось к тому, что, если завтра меня спросят , где мы были, то мы в двоем ходили на Красную пить газировку.   
- А зачем на Красную. На вокзал ближе.- я по прежнему тормозил.
- Пенек! На Красной вода вкуснее. Правда Артур?
И только тут я заметил долговязого парня в джинсовом костюме, стоящего в тени дерева. Он надул большой пузырь из жвачки, стрельнул ею в меня  и подхватив мою Фею под локоток философски изрек:
-Пенек, он и в Африке пенек.
Через два месяца наши соседи поменяли квартиру.
.

ФИЛЬМ,ФИЛЬМ, ФИЛЬМ…

     Гениальный режиссер Хитрук, снявши  бессмертную мультиленту с таким названием выполнил только половину задачи. Он показал нам как делают кино.  А вот как его смотрят… Точнее смотрели мы…
Об этом стоит поговорить.
    Ответьте на ряд вопросов:
1.    Куда вы пойдете, сбежав с третьего урока.
2.    Как будет называться культурно-массовое учреждение, в которое вы пригласите свою возлюбленную если на улице дождь.
3.    Болмбей существует только потому, что без него он существовать не может.
4.     По выражению  В. И. Ленина, это искусство для нас (для кого, не совсем понятно) важнее всего.

     Ответ необязателен. Конечно, были варианты, но во времена развитого социализма выбор был не богатым. Синенький прямоугольник с фиолетовым  штемпелем служил советскому гражданину пропуском в удивительный мир..
 Мы подрастали в соответствии с тарифами на  услуги  кинопроката.
 За десять копеек  мы наслаждались прекрасными мультиками. И хочу сказать вам  абсолютно честно, что,  мэтры нашего мультиматографа, такие, как Иванов-Вано, Котеночкин и  Норштейн, оставляют далеко внизу достопочтимого Диснея в списках на настоящий «Оскар».

   За двадцать пять копеек мы вместе с Неуловимыми сражались с  Батькой Бурнашом, создавали Республику ШКИД, и участвовали в ледовом побоище.
     Дальнейшее наше финансовое вложение в кинематограф гарантировало знакомство шедеврами мирового искусства за  цены согласно прейскуранту, и расценкам Госкино, И за «Бриллиантовую руку» мы выкладывали из кармана по 25 копеек, А двухсерийные мушкетеры  вытряхивали из нас уже по полтийничку с носа.
Проделки Фантомаса будоражили наши политически не зрелые умы  и  новые серии из жизни карателя буржуинов вырывали пятьдесят копеек  за серию. Таким образом, поход в кино на премьеру фильма  из цикла « Их нравы» о  пройдохе с  синей физиономией стоили советскому налогоплательщику ровно  Один рубль.
    Он лежал у меня в кармане, этот никелевый кругляш с тисненным на нем дедушкой Лениным вытянувшем руку куда-то вперед. Говорят, эта монета обладала магическими свойствами. Если рубль положить на часовой циферблат, рука вождя твердо указывала на цифру одиннадцать. Вот почему не в двенадцать и не в десять , а именно в одиннадцать часов открывались все вино-водочные объекты.
    Еще за два дня до этого  рубль нашел место в моем кармане и все оставшееся время «я себя под Лениным чистил».
 Убей бог, не помню почему к кинотеатру я пришел тогда, когда все мои друзья уже  захватили  зрительское фойе и спокойно расправлялись с буфетом. Я был вынужден пристроится к  внушительной очереди кинолюбов.
         « Есть у нас, у советских ребят
           Нетерпенье особого   рода …»
 Гениальные стихи этой старой пионерской песни, как нельзя лучше  иллюстрируют мое поведение в тот момент.
   Каждые двадцать секунд я бегал из конца в конец и пересчитывал собравшихся. Потом я  заскакивал в фойе ,  знаками оповещал моих  друзей о нашей скорой встрече, и опять возвращался к началу очереди. Мои телодвижения в этот момент напоминали действия человека  выпившего дюжину бутылок лимонада  и мечтающего только о посещении заветного  помещения.
    Наконец отчет закончен. От кассы отошла кабельмачта последнего передо мной зрителя и при звуках торжественного марша звучащего в моей груди  я достаю заветный рубль и бросаю его на тарелочку у окошка.
   Как можно небрежно, стараясь не смотреть в окошко, недозрелым баском оповещаю собравшихся.
- Один на Фантомаса, можно поближе!
…Сначала я не понял, что ответила мне кассирша.
Я повторил запрос. И то, что я услышал, повергло меня в шок.
- Билеты кончились
Этого не может быть! Как это кончились? Куда кончились? Почему кончились? Этого просто не может быть! – стучало у меня в голове.
-Мне… один… билет… на…Фантомаса - все еще рассчитывая на глухоту кассирши произнес я.
- Я же тебе русским языком сказала. Все! Кончились! Чего ты еще хочешь?
 Сглотнув комок воздуха засевший у меня в глотке, мокрыми от                
 слез глазами я прошипел:
- Я… в кино… хочу!
-Господи, и только! – тетка слизнула пальцами мой рубль с
блюдечка,  что -то нацарапала на своих листах бумаги и сунула в окошко  синенький прямоугольник со штемпелями и в придачу горочку мелочи. Она улыбнулась мне  улыбкой Джоконды и пропела :
 -Беги, еще успеешь!
 И я ей поверил!
...Еще пару минут, пока я бежал от касс до контроля, ощущение счастья не покидало меня. Не смущала даже сдача от моего рубля.
- Куда! Куда! Сеанс уже начался!-  Острые как оса пальцы контролерши вцепились в мое плечо. Но заметив в моей руке синий билетик, пальцы разжались.
-«Детский зал» - это можно - и осиная рука развернула меня градусов на девяносто от лестницы, ведущей в большой зал и направила меня  в сторону плюшевого занавеса, откуда доносились невнятные звуки музыки и смех детей.
     Я заглянул за плюшевую стенку и застыл словно замороженный.
Десятка полтора карапузов взявшись за руки водили хоровод вокруг  толстой тетки в широченных шортах и  с  картофельным носом на не молодом уже лице. На спине  как то крепился бытовой вентилятор не подававший признаков жизни  Все это давало право трактовать этот образ как образ любимца детской публики  Карлсона живущего на крыше, если бы не визжащий противный голос  актрисы и ее не покоренная грудь,   размером со снаряд главного калибра Черноморского флота.
Детки допели какую-то песенку и  псевдо –К;арлсон запищал на весь зал:
- А вот и гриб Мухомор появился на нашей полянке.-
Колючие глаза Карлсона впились в меня и «он» « подала» мне красный  бумажный пакет с белыми кружками шепнув – Одень на голову
-Расскажи нам Мухомор, как ты на расправу скор? – Опрометчиво доверился мне Карлсон.
     Терять мне было нечего. Распрямив грудь я , надул пакет воздухом и когда он принял вид шара   стукнул им об лоб Карлсона. Грохот взрыва слился с визгом восторга карапузов, но в то время под потолком что-то тренькнуло и тетка завизжала: «Кино! Кино! Идем смотреть кино! «Эгле- Королева Ужей» ждет вас.
    Но только не меня! Распихивая карапузов,  я выскочил в пустое фойе, взлетел на второй этаж и прикрываясь темной     занавеской посмотрел на экран. Луи де Фюнес смотрел на меня пристальным взглядом  и надув щеки крикнул: «Арестуйте его!».
   За спиной я чувствовал тяжелое дыхание моих преследователей. З
акрыв глаза я прилип к темной стене и старался не дышать.
    Когда опасность ареста миновала я  нашел в темноте зала гнездо
 нашей компании и легко ориентируясь в темном зале направился к месту встречи с Его Величеством Кино.
    Вам, ва=а=ам!.. Вам ту ва-а-м! – пели с экрана тромбоны и мое сердце  вторило им,


              ХОТИТЕ СНИМАТЬСЯ В КИНО…
Эту фразу можно исследовать не зависимо от знака препинания в конце. Все-равно вопрос будет риторическим. Отрицательно ответят только сотрудники  закрытых  научно- исследовательских институтов , работники соответствующих органов и их подзащитные, высокие номенклатурные работники и  соседки коммунальных квартир, выкручивающие лампочки в местах общего пользования. Все остальное население страны составляет большую армию Актеров и Актрис Великого  из искусств.  В эту армию попал и я.

   Я шел домой со стадиона еле-еле волоча ноги. Крепотура была мне достойной наградой за мое бездарное поведение в праздники, когда я не только не  выполнял требуемый минимум телодвижений, требуемых  для разрядника спортсмена но и
зарядку игнорировал как класс. К тому же я не позавтракал
и поэтому  настроение было ужасным. Мне оставалось пройти полтора- два квартала, где в чудном кафетерии на углу двух знакомых краснодарских улиц меня ждал бутерброд с вареной колбасой и стакан кофе с молоком.
И вдруг ко мне подскочила  скуластая девушка неопределенных лет с этим дурацким вопросом …
 В сквере, где сейчас стоит  бронзовая Екатерина хозяйничали киношники. Огромные прожектора разливались всеми цветами надуги. Пара рабочих тщательно красила из пулеверизаторов зелененькую травку. «Нейлон 100%» Таково было название киношедевра в котором мне предстояло принять участие
Через пятнадцать минут, не объясняя ничего,  меня переодели, причесали, напудрили.
В руки дали, сначала удочку, потом удочку забрали и дали банку с рыбкой и сказали ждать.
 Через два  часа, когда  рыбка плавала уже брюхом вверх, а съемка еще не начиналась, банку тоже забрали.
  Работа стояла.  Ждали артистов, не вылетевших из Москвы.  В пятом часу меня позвали пить чай.
 И  дальнейшие пол часа я выслушивал откровения работников хлопушки и контражура о падении нравов и зарплат в кинематографе. Мне стало жалко их и я решил сниматься даром.
 Неожиданно подъехал автобус с актерами и  руководящим составом. Актеры выходили из автобуса как звезды Московского кинофестиваля. Собственно они этого стоили:
        Режиссер фильма  Владимир Басов и его жена  красавица Валенттина Титова.
         Неугомонный  Михаил Пуговкин и тогда еще крепкая Мая  Крепкогорская
           Волевой Станислав Чекан и   утонченный Эраст Гарин.
Здесь же была сделана первая групповая актерская фотография на которой был запечатлен и  ваш покорный слуга.
До того, как хлопнула первая хлопушка с названием эпизода и кадра, меня еще раза два  водили к гримеру, которая  осыпала  меня пудрой  и  пшикала  на волосы из болончика  с иностранной этикеткой. Отчего мои волосы стали почти хрустальными.
   Но пытка еще не закончена. Вместо удочки и рыбки мне всучили  в одну руку книгу  с изящным названием « Изотерические материалы. Предназначения и функции», а  в другую  порцию подтаявшего мороженого. По смелой задумке режиссера я должен был войти в кадр наслаждаясь мороженым и  вкушать предназначения тех самых материалов.
По  следующей команде я должен был так же легко покинуть мир кино и вернуться в лоно Homo Sapiens .
    Наверное любой другой так бы и сделал. Но только не я. Когда вторым солнцем вспыхнули прожектора, взревел дизель и скуластая девчонка с хлопушкой брякнув  что –то в микрофон исчезла, я рванулся на площадку.
  Тщетно. Меня держали как минимум трое.
И только после того, как Эраст Гарин и  Михаил Пуговкин выяснили между собой свои киноотношения,  меня впихнули в кадр.
     Ориентацию я потерял полностью. Где лавочка, на которую я должен был сесть, где камера, в которую я, по заветам пом. режа. не должен смотреть  я не видел.
     Мороженое текло по моей руке. Такой же струйкой  тек пот по моей спине. Изотермические материалы остались в моей руке так и не раскрытыми.  Улыбка полного идиота застыла у меня на лице. Позже, вспоминая эти трагические минуты, мне казалось, что я  пел. Сигнал отхода я ждал как государственную премию. Наконец, «наведя фокус» я увидел , что отмашку моему уходу дает не только помреж, но и вся съемочная группа, включая киношных зевак. Походкой раненого гусара я подошел к урне и с отвращением бросил туда остатки мороженого. Подумав немного отправил туда же и ни в чем не повинные изо материалы и только после этого ушел из кадра…
    Утираясь носовым платком от остатков моего киношного прошлого я корил себя на чем свет стоит. И только я решил  удалиться, как скуластая помрежиха поманила меня пальцем.
    Сегодня не мой день – подумал я.

«Фамилия, имя, отчество. Адрес и место работы»- на все эти вопросы мне нужно было дать ей ответ.
«Врешь, не возьмешь»- Я представил как на педсовете будут разбирать вопрос о срыве  съемки  художественного фильма.
Вова Иванов из соседнего двора в качестве ответчика  был подходящей кандидатурой. Доложив данные ничего не подозревающего Вовы Иванова я расслабился.
-Гонорар за эпизод получишь по почте. – Скуластая была лаконична.  Она растворилась в толпе.
……..
       Это был мой первый вклад в  искусство!


Категория: Электронная версия | Добавил: newkarfagen
Просмотров: 636 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0

Copyright MyCorp © 2017