Поиск

Календарь

«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

Статистика





Воскресенье, 25.06.2017, 11:55
| RSS
Главная
Людмила Зайцева


 
ИРИНА. О чём ты?

   ИГОРЬ. "Идиот". "Идиот" был первым романом, который я прочитал на французском. Мадмуазель Жаклин принесла мне его из библиотеки, по роману Достоевского я учил французский язык. Не знаю, почему она принесла мне его.

   У меня была отдельная комната, отдельная учительница, отдельная служанка. Мне не запрещали разговаривать с другими детьми, но я их почти не видел. Чистенькие, ухоженные... О чем бы я стал с ними говорить? Когда отец пришёл ко мне после женевской тюрьмы, я тоже не знал, о чём с ним говорить. (Ирина плачет). Не плачь, Ира, всё везде одинаково, если не вглядываться в подробности.

   Тем более не знал, о чём говорить с матерью в аэропорту Шереметьево. Незнакомая пожилая женщина с отёками под глазами, немытой головой, запахом спиртного изо рта. Это был запах вермута, мать глушила его в то время без остановки... Она вылечилась после смерти отца. Через месяц после похорон уже не пила... Там, в аэропорту, отец рухнул перед ней на колени. Потом был суд, пять лет материнского пьянства. Дядя Боря ходил на собрания в школу, пока мать валялась в беспамятстве пьяного сна. Когда отец вернулся, я уже готовился к поступлению в универ... Лучше всего сдал французский, мерси, мадмуазель Жаклин.

  

   КАРТИНА ТРЕТЬЯ

  

   Кухня в квартире Ирины. Ирина и Игорь сидят за столом, пьют чай.

  

   ИРИНА. Прости, что спрашиваю. А когда это у тебя случилось, с ногой?

   ИГОРЬ. Ещё до первой отцовой отсидки. Тогда перелом сросся, а второй перелом, тазобедренного, - когда учился в универе. Мать лежала в больнице, Борис жил на даче. Пашка учился на юрфаке, и ещё двое оболтусов... Собирались в нашей квартире... Тогда были в моде "Битлс" и ЛСД. После второго перелома я на костылях. Там что-то не срослось. Там что-то никогда не срастётся.

   ИРИНА (растерянно). Не может быть...

   ИГОРЬ. Всё может быть, Ира, и это самое скверное... Почему ты никогда не говоришь о своём муже? (Кладёт себе в блюдце варенье).

   ИРИНА. Это было давно.

   ИГОРЬ. Пожалуйста, без трюизмов. "Это было давно и неправда", "это не имеет значения", "это пройденный этап". Всё правда, всё имеет значение, и этап никогда не пройден. Я слушаю тебя.

   ИРИНА (стараясь говорить весело). Игорюня! Посмотри, какое солнце! Это наше первое утро вместе, зачем его портить? Муж был чисто номинальной единицей, к чему о ней говорить?! То есть о нём.

   ИГОРЬ. Однако ты всё ещё носишь фамилию этой единицы, если я не ошибаюсь... Почему же не хочешь говорить о нём?

   ИРИНА. Ну хорошо. Он писал картины и наркоманил, что тебя ещё интересует?

   ИГОРЬ. Всё, что касается тебя.

   ИРИНА. Он привёз выставку своих картин в нашу провинцию, так мы познакомились. Потом я приехала к нему в Москву. Потом вышла за него замуж. Потом он погиб.

   ИГОРЬ. Когда вы встретились, он уже сидел на игле?

   ИРИНА. Нет ещё. Давай я долью тебе из чайника... (Берёт чашку Игоря, наливает кипяток).

   ИГОРЬ. А когда он начал колоться?

   ИРИНА. (раздраженно). Через два года. Примерно через два.

   ИГОРЬ. Почему?

   ИРИНА. Почему, почему... Потом я узнала, что он на учёте в психдиспансере. А сначала он хватался за пистолет, если мне не нравились его картины, и я не понимала, почему.

   ИГОРЬ (деловито). Пистолет Макарова?

   ИРИНА (устало). Да нет, какой там "Макаров"... Обычный детский пистолет, он переделал его под боевой. И махал им у меня перед носом: "Шедеврально, шедеврально!" Кричал и прыгал с пистолетом в руке по комнате. У каждого есть своя "Швейцария"... В смысле - свой скелет в шкафу. Когда он захлебнулся в ванне от наркоты, я узнала, что он пять лет был на учёте с диагнозом шизофрения. Вот так.

   ИГОРЬ. Это он научил тебя рисовать?

   ИРИНА. Да, можно сказать... Что ты ещё хочешь знать? Или допрос окончен (пытается говорить шутливо). Мне пора собираться, сегодня открытие двух выставок...

   ИГОРЬ. Да, конечно. Спасибо за завтрак. Я только хочу спросить. Твои картины были замечены сразу, да?.. А он писал долго, выставлялся, но...

   ИРИНА (раздражённо). Ну всё, хватит. Мне пора собираться, сегодня открываются две выставки... Да-да-да! Ту выставку, где мы познакомились. Он возил из города в город на свои деньги. А мои первые картины, что я выставила, сразу получили хорошую прессу. Ну и что? Я не крала у него сюжеты и подрамники... Что тебе ещё нужно?

   ИГОРЬ. Ничего. Иди собирайся.

   ИРИНА. Он был отвратителен, понятно? Когда мы пришли как-то раз из музея... (Игорь улыбается) ...да, с открытия выставки!.. - он меня изнасиловал только потому, что там, на выставке, один красивый мальчик целовал мне руки... Потому, что он был гнусен, и я не виновата! (почти кричит, со слезами в голосе, и быстро идёт к выходу).

   ИГОРЬ (спокойно). Подожди, пока я надену кроссовки.

   ИРИНА (оборачивается, удивлённо смотрит на Игоря). Я подожду.

  

   Вечером того же дня, в квартире Ирины. Входят Борис и Ирина. Борис в костюме, в руках у него букет роз.

  

   ИРИНА (смеётся). Это что у вас. Традиция такая? Костюм, розы. Игорь приходил так же.

   БОРИС (смущённо). Ну что вы, совпадение... Для меня очень важен наш сегодняшний разговор. (Кладёт букет на стол).

  

   Ирина и Борис садятся на диван.

  

   ИРИНА. Что вы хотели мне сказать?

   БОРИС. Игорь, конечно, проблемный мальчик. С ним будет нелегко. Было бы нелегко любой женщине. И всё же я предлагаю вам стать его женой. Прошу вашей руки. То есть, не для себя, конечно... но вы поняли... (Продолжает тихо, почти перейдя на шёпот): Игорь сказал мне, что... Что уже начинал с вами разговор об этом, и вы не ответили отказом. Вы немного знаете о нашей прошлой жизни, к тому же он инвалид... Конечно, это будет нелёгкий труд... Обещайте, что познакомитесь с Мариной!

   ИРИНА (тоже тихо). Да, если я... решусь.

   БОРИС (смотрит на часы). Извините, Ирочка! Совсем забыл, мне пора... (Идёт к выходу).

  

   Ирина смотрит на Бориса удивлённо, идёт следом, открывает дверь. Навстречу им входит Игорь.

  

   ИГОРЬ. Привет!

   БОРИС. Да... Я тут зашёл на минутку...

   ИГОРЬ (смотрит на розы, лежащие на столе). Я понял.

   БОРИС. Ну, мне пора... (Уходит).

   ИГОРЬ. Не обращай внимания.

   ИРИНА. О чём ты?

   ИГОРЬ. Примерно знаю, что он тебе говорил. (Садится, ставит рядом с диваном костыли).

   ИРИНА (показывает на костыли). Для тебя многое изменилось, когда они появились?

   ИГОРЬ. Узнаешь, когда на них походишь. Годиков шесть. А для тебя, что изменилось для тебя, когда удалось избавиться от мужа и стать свободной художницей-москвичкой? Или ты думаешь, что твои картины интересны кому-то сами по себе?

   ИРИНА. Я вспомнила! Её звали Ира, ту медсестру в Институте, что всегда улыбалась глазами. Особенно тебе.

   ИГОРЬ (зло). Ты не слышала, что я сказал?

   ИРИНА. Наркотики каждый выбирает сам. Или не выбирает. А мою квартиру на Юге он продал вскоре после венчания.

   ИГОРЬ (удивлённо). Вы венчались?

   ИРИНА. А кто кому интересен сам по себе? Мои картины, как ты их торжественно назвал, моя мазня, как я назову попроще, - не хуже, чем у других. Попытка что-то сказать.

   ИГОРЬ. Давай лучше о твоём муже. Вы венчались здесь, в Москве?

   ИРИНА. Давай лучше о твоей жене, или кто там у тебя был. О твоих жертвах, в общем. Их ведь было немало?

   ИГОРЬ. Ты стерва, Ирка. Ты выросла стервой. Да, её звали Ира, и она была красивей тебя. Борис и матери сказал, что я женюсь.

   ИРИНА. На ком?

   ИГОРЬ. Я был женат, ты угадала, и с меня хватит. Этого взаимомучительства и мученичества. Если у тебя было иначе - поделись.

   ИРИНА. У меня было так же, делиться нечем. Ссоры, примирения, "уходи" - "останься"... Однажды не уговорила остаться, чем хвастать?

   ИГОРЬ. Визит Бориса не воспринимай всерьез. Он почему-то запал на тебя. Детство, Институт...

   ИРИНА. Мы тоже на это запали, тебе не кажется? Чаю хочешь?

   ИГОРЬ. А где твои родители?

   ИРИНА. Мать умерла, где отец - не знаю. Они были в разводе, он жил в другом городе. Что ты ещё хочешь узнать?

   ИГОРЬ. Например, существуют ли дети, чьи родители не разводились, не сидели в тюрьме, не наркоманили, не убивали друг друга?.. Вот такой простой вопрос.

   ИРИНА. Существуют. Но только - в настоящем времени. Те, чьи родители здесь и сейчас не в разводе, и не, и не, и не... Что было или будет, неизвестно. Давай пить чай.

   ИГОРЬ. Ты так ничего и не скажешь о своём муже?..

   ИРИНА. Хорошо, я скажу. Любившим не надо оставаться в живых после окончания любви. Жизнь будет мучением.

   ИГОРЬ. И кто же кого любил?

   ИРИНА. Догадайся.

   ИГОРЬ. Я пришёл пригласить тебя к себе в гости. Придёшь?

   ИРИНА. Ты ничего не сказал о своих женщинах.

   ИГОРЬ. Это обязательное условие?

   ИРИНА. На полу в ванной нашли шприц с остатками героина. Что же ты молчишь?

   ИГОРЬ. Мне было пятнадцать. Она приходила два раза в неделю. Ей было трудно стягивать с себя узкие юбки.

   ИРИНА. Мадмуазель Жаклин?.. Нет, не может быть!

   ИГОРЬ. Я не убеждаю верить. Почему я должен верить в твой шприц?

   ИРИНА (плачет). Нам так тяжело вместе, мы так ни о чём не можем говорить... Откуда ты узнал о Лариске?

   ИГОРЬ. Она приходила ко мне потом пару раз. (Выдыхает): Фу-у-й...

   ИРИНА. С ней ты, конечно, тоже...

   ИГОРЬ (кричит). Вечный бабский вопрос! Нет! Так ты придешь ко мне?

ИРИНА. Хочешь приручить? Не получится, сам знаешь... Тогда зачем? Будем вспоминать ещё и с твоей мамой?

   ИГОРЬ (берёт костыли, идёт к выходу). Если захочешь - позвонишь.

  

   Квартира Игоря. Звонят в дверь. Марина, полная немолодая дама в элегантном синем халате, идёт открывать. На пороге - Ирина.

  

   ИРИНА. Мне нужен Игорь.

   МАРИНА (внимательно смотрит на неё). Вы Ирина? (Ирина кивает утвердительно). Игорь ушёл ненадолго, но Вы можете подождать его. Проходите, пожалуйста.

  

   Ирина заходит в их большую, хорошо обставленную квартиру.

  

   МАРИНА. Меня зовут Марина Евгеньевна. Садитесь, пожалуйста.

  

   Ирина садится на стул возле стола, оглядывает комнату.

  

   МАРИНА. Игорь скоро придёт. Борис Всеволодович говорил, что вы работаете вместе с Игорем. Хорошо, что Игорь нашёл себе дело по душе.

  

   Ирина смотрит на Марину Евгеньевну, слегка улыбаясь.

  

   МАРИНА. Игорь хороший мальчик. Не всё ведь определяется инвалидностью... Я, пожалуй, поставлю чай.

   ИРИНА. Спасибо, не беспокойтесь...

   МАРИНА. Вы не подумайте, ничего особенного, мы очень скромно живём. Но хотя бы чай... (выходит из комнаты).

  

   Ирина рассматривает картины на стенах. Входит Марина с подносом в руках. На подносе чайник, чашки, конфеты в вазочке.

  

   МАРИНА (о картинах). Это подлинники. Было больше, но многое пришлось продать. Остатки былой роскоши...

  

   Входит Игорь. Он не удивлён и не обрадован, увидев Ирину.

  

   МАРИНА. А вот и Игорь. Я принесу ещё чашку... (Выходит).

   ИГОРЬ (безразличным тоном). Привет, Ира. Спасибо, что пришла. Какие новости?

   ИРИНА (она пьёт чай с конфетами). Никаких, просто пришла.

   ИГОРЬ. Хочешь взглянуть на мою комнату?

  

   Ирина кивает и кладёт надкусанную ею конфету на блюдце. Входит Марина с чашкой.

  

   ИГОРЬ. Мама, мы пойдём ко мне.

  

   Марина растерянно вертит в руке чашку, потом ставит её на стол.

   Игорь ведёт Ирину в свою комнату. Там - грубо сколоченный топчан, компьютер, полка с книгами на французском языке.

  

   ИГОРЬ. Тебе здесь нравится?

   ИРИНА (читает на корешках названия книг). И давно ты... тут живёшь?

   ИГОРЬ. Я знал, что тебе понравится.

   ИРИНА. Пойдём, неудобно... Марина Евгеньевна ждёт.

   ИГОРЬ. Она... очень изменилась?

   ИРИНА. Много лет прошло. Но, в общем... Пойдём туда!

  

   Ирина и Игорь возвращаются в гостиную. Марина переоделась: на ней строгий чёрный костюм, дорогие туфли.

  

   ИРИНА. Спасибо за чай, мне, пожалуй, пора...

   МАРИНА (растерянно). Мы же ни о чём не поговорили... Борис сказал мне...

   ИГОРЬ. Мама! Дядя Боря часто выдумывает.

   МАРИНА (подходит к Ирине, обнимает её за плечи). Ира, я прошу Вас!..

   ИГОРЬ. Мама, прекрати! (Хочет подойти к ним, спотыкается, падает).

  

   Марина и Ирина помогают ему встать. Все трое садятся на диван, Игорь рядом с Мариной.

  

   МАРИНА. Ирочка, Ира! Вы видите, как мы живём, никто никого не обманывает. Вы знаете, как мы жили раньше. И решать, конечно, будете вы. Что же вы молчите, Ира?

   ИРИНА (сначала молчит, потом говорит). Мне очень симпатичны и вы, и Игорь, но это пока всё, что я могу сказать.

   ИГОРЬ (долго смотрит на Ирину, потом говорит). Я провожу тебя.

  

   У входной двери, уже надев плащ, Ирина вдруг оборачивается к Игорю.

  

   ИГОРЬ. Не приходи сюда больше и не звони. Ты уже ответила.

   ИРИНА (отшатывается, как от пощёчины). А если я не уйду?

   ИГОРЬ. Одной жалости мало, Ира. И одного детства.

   ИРИНА (подходит к нему почти вплотную). И жалости. И детства. И искусства. И памяти о прогулках за оградой Института - всего всегда мало, Игорь! И выбирать приходится из малого, и малое. Большое - это сам выбор. Но я сползаю в банальности. Пожалуйста, пойдём к тебе!

  

   Затемнение на сцене. За сценой голос Игоря:

  

   "У нас действительно надолго? Хочешь мучиться самой и мучить меня?.. У меня был один... опыт. Это уже на костылях. Она была дочерью известного тележурналиста, наши отцы дружили. И вдруг она возникла, после моей травмы. Для неё это тоже был опыт - она рассталась с мужем, я олицетворял собой определённую... романтику. Она переводила французских символистов, мы подали заявление в загс. Тебе интересно? Вскоре она поняла, что я калека, и в загс мы не пошли. Сейчас она замужем третий раз, живёт в Америке. О том, что был аборт, тогда был, с моим ребёнком, я узнал недавно и случайно.

   Что ты ещё хочешь знать?".

  

   Утро следующего дня в квартире Марины и Игоря.

   На сцене - Марина, Игорь, Ирина. Ирина звонила по телефону, она кладёт телефонную трубку и говорит сидящим на диване Марине и Игорю:

  

   ИРИНА. Лучше спуститься вниз заранее - такси может уехать, если нас долго не будет.

   ИГОРЬ. Они позвонят.

  

   Входит Борис.

  

   БОРИС. Всем привет! (Смотрит на Ирину и Игоря). Ну что, всё решили? Куда поедете в свадебное путешествие? Италия, Франция?

   ИГОРЬ. Швейцария...

   МАРИНА (подходит к Борису). Ты всегда торопишься... Детям некогда, Ирочка уже уходит.

   БОРИС. Ирочка, пока вы не ушли... Можно два слова наедине?

  

   Марина пожимает плечами.

  

   ИГОРЬ. Дядя Боря... (Оглядывается на Ирину). Борис Всеволодович!

   БОРИС. Это срочно, по делу! Две минуты.

   ИРИНА. Вообще-то я жду такси...

  

   Игорь и Марина смотрят друг на друга и молча выходят из комнаты. Сначала Игорь, потом Марина.

  

   БОРИС. Ира, я сразу о главном. Вы жить-то с Игорем будете? Я не спрашиваю о формальной стороне - не имеет значения, пока нет детей. Но вы молчите...

   ИРИНА. Борис... Игорь сам не решил ещё, по-моему. Пока мы больше вспоминали прошлое. Что дальше - не знаю.

   БОРИС (пересаживается ближе к Ирине). Но вы любите его? Не спрашиваю как -сильно, не очень, как друга, как мужчину. Хоть как-нибудь вы его любите? Он дорог Вам? Мы с Мариной должны знать, кому мы его оставляем.

   ИРИНА (удивлённо). Как это - "оставляем"? Вы что, уезжать собираетесь? Но даже если так... Он что, ребёнок или вещь какая-то, что его надо "оставлять"?

   БОРИС. Я думал, вы поймёте, Ира. Мы с Мариной немолоды. У меня своя семья, отношения жены и дочерей с Игорем не сложились. С кем он останется?

   ИРИНА (пожимает плечами). Ему скоро сорок лет. Игорь говорил о той женщине... Он сказал: "тяжёлая история". Что же было?

  

   Борис молча смотрит на Ирину, потом говорит.

  

   БОРИС. Её звали Анастасия. Когда Игорь получил травму, она вскоре позвонила, стала ездить. Всё это долго длилось, у них с Игорем, они даже подали заявление в загс. Но накануне свадьбы... Она сказала, что не выйдет за него. И наговорила много такого, что долго помнится, понимаете? После Аси он никому уже не верил. Вы первая, иначе почему бы я вас уговаривал... Кто знает, будет ли другая.

  

   Постучав, входит Игорь.

  

   ИГОРЬ. Ира, машина пришла, пойдём.

   БОРИС. Мы тут с Ирочкой говорили о её вчерашней статье в "Культуре". Ирина интересно работает.

   ИГОРЬ (недоумённо смотрит на Ирину и Бориса). В позавчерашней.

   БОРИС. Что?

   ИГОРЬ. В позавчерашней "Культуре". Ира, идём, такси ждёт.

   БОРИС. Вы ведь в загс? А паспорта взяли?

   ИГОРЬ. Я взял, за Ириным заедем.

   ИРИНА (растерянно). Что?.. Какие паспорта?

   ИГОРЬ. Расскажу по дороге, пошли!

  

   Ирина идёт к двери, Игорь на костылях идёт за ней. Ирина оборачивается, смотрит на Игоря. Он тоже останавливается.

  

   ИГОРЬ. Я предупреждал тебя, это будет всегда. Ты не выдержишь. У тебя ведь есть другие, выбери из них.

  

   Ирина молчит.

  

   ИГОРЬ. Другие есть... Но у каждого из них ты тоже в числе других, так?..

  

   Ирина снова молчит.

  

продолжение

Copyright MyCorp © 2017